— Если я должна выглядеть соответственно, не стоит запирать меня на чердаке в грязи и пыли! Отдайте мне на время комнаты, которые больше подходят мне. Вы согласны, генерал?
Доголайф искренне восхитился смелостью этой дерзкой девушки. Ему еще не доводилось встречать ту, которая готова пойти в одиночку против целого Рима. Краткий кивок послужил знаком согласия. Ильмера гордо поднялась и, словно императрица, направилась к выходу, предпочитая не задерживаться здесь больше ни на минуту. Под удивленные взгляды солдат, толком не понимая, куда идти, Или пыталась как можно быстрее покинуть зал. Церемонию ее величественного ухода вовремя спасла подоспевшая прислуга, которая пошла на шаг впереди, показывая дорогу, что спасло горе-пленницу от новых насмешек.
Доголайф остался на месте, провожая взглядом строптивицу. Только когда ее силуэт скрылся из вида, он выдохнул. Затем вышел из-за стола, и солдаты последовали его примеру, начали расходиться.
Атмосфера в зале, казалось, разрядилась, но в воздухе все еще чувствовались остатки досады и гнева. Как эта чертовка осмелилась так говорить с ним? Неужели ей совсем не дорога жизнь? Поднимаясь в свои покои, генерал чувствовал себя еще более раздраженным, чем раньше.
Тем временем оставшиеся солдаты в зале с негодованием уставились на Марка.
— Ты совсем из ума выжил? — Маларих никак не мог понять, что нашло на его друга. — Она же шпионка! Как ты мог посадить ее за наш стол? И рядом с генералом? Ты хотел сегодня стать свидетелем чьей-то смерти?
— Я же не знал, кто она, — невозмутимо ответил Марк. — И тот факт, что она может быть шпионкой, насколько я понимаю, — взглядом указывая на место, где недавно сидел генерал, — еще не доказан. К тому же девчонка и так долго стояла за стеной и нас слышала. В конце концов, это не политическая дискуссия, а обычное собрание. И генерал, кажется, слегка оживился.
— Я бы не сказал, — Маларих с улыбкой посмотрел в сторону Ирен, которая убирала столы, теряя интерес к разговору с другом. — Было видно, как он помрачнел, — добавил он.
Марк с лёгкой усмешкой разглядывал лицо друга, стоявшего напротив. Он не мог поверить своим глазам: тот всё же не отказался от идеи завоевать сердце блондинки. В этот момент Маларих уже шёл к ней, которая, как он успел заметить, предпочитала только генерала. Тот, в свою очередь, был поглощён управлением и мыслями о доме. Солдат не сомневался, что очаровательная Ирен в конце концов будет его.
Не став дожидаться, как его друг снова получит отказ от римской женщины, Марк направился в свои покои, все еще размышляя о словах Малариха относительно девушки из южных земель и странном поведении их генерала. Любопытство привело его в хозяйское крыло. В дальнем углу коридора была открыта настежь дверь, которая, несомненно, вызвала интерес. Марк решил затаиться, словно хищник в темноте, и понаблюдать.
Прислуга усердно занималась своими делами в покоях прежних хозяев. Они стелили постель, расставляли вазы с цветами и разжигали камин. Как уже было подмечено, в комнате восстанавливали уют и тепло.
Банщик принес большую деревянную лохань, а служанка выливала очередное ведро с горячей водой. Пушистый пар от воды вырвался в коридор.
Находясь в своем надежном убежище, Марк с трудом сдерживал свои развратные мысли. Ему казалось, что красная настенная портьера может выдать его с минуты на минуту. Но слуги были так заняты своей работой, что никто даже не смотрел в его сторону.
Предположив, для кого была организована такая церемония, он всё же был слегка удивлён. На красивом лице появилась озорная улыбка. «А чертовка везучая», — подумал он. Дождавшись, пока все разойдутся, мужчина начал нетерпеливо мерить шагами холодный коридор, затем негромко постучал. Никто не ответил. Он попытался слегка надавить на дверь, но безуспешно.
Марк не умел проигрывать, он желал видеть Ильмеру обнаженной. Тогда он мог бы легко рассмотреть ее прелести и рассказать об увиденном всем, кто захочет послушать. Как будет скверно для генерала, если кто-то раньше него увидит наготу этой красавицы, которая к тому же славится своим потенциалом очаровывать мужчин.
Его хищные глаза горели досадным огнем. Он не сожалел, а лишь ухмыльнулся. «В следующий раз», — дал он обещание себе. Ночь все еще обещала быть интересной.
Солдат поспешил в свои покои, где его ждала очаровательная Сабрина, которую он привел из города. Она уже несколько часов томилась без дела в его покоях.